![]() | |
http://www.gazeta.ru/column/latynina/3327285.shtml
— 19.02.10 17:54 —
Сначала позвольте мне рассказать две простых истории.
Где-то неделю назад я и Лев Гудков выступали перед представителями стран ЕС, и Лев Гудков во время выступления продемонстрировал график поддержки населением президента начиная с 1998 года Пока г-н Гудков выступал, я вертела этот график в руках, и я поняла, что я видела совершенно такой же график. Только это был график цены на нефть.
Оба графика совпадали по месяцам. При этом совершенно было не важно, как зовут президента: Ельцин, Путин или Медведев.
Это очень важно понять. Можно ли усилить парниковый эффект, употребляя в пищу горох? Ответ: нет. Количество образовавшегося в результате в человеческих кишечниках парникового газа метана, конечно, будет очень заметно в замкнутом помещении, но на температуру Земли заметного влияния не окажет.
Могут ли либеральное мнение или расстрелы, учиняемые ментами на улицах, повлиять на поддержку президента? Ответ: не больше, чем горох на потепление. То есть какой-то эффект, несомненно, имеется. Но он пренебрежимо мал. График поддержки президента зависит от цены на нефть, а все другие возмущения просто не являются релевантными.
Пример второй. Есть такая дата – 1645–1715 годы. Этот период хорошо известен климатологам, как пик т. н. малого ледникового периода, пик похолодания в мире, когда на льду замерзшей Темзы зимой устраивали ярмарки. Этот период не менее хорошо известен астрономам как минимум Маундера – время минимальной солнечной активности. В 1645–1715 годы на Солнце почти не было пятен.
Но вот когда я стала заниматься связью климата и истории, я вдруг поняла, что эту дату я тоже очень хорошо знаю: с той самой поры, когда еще лет десять назад прочла книгу Роджера Мерримана «Six Contemporaneous Revolutions» – о шести революциях и мятежах, вспыхнувших в Каталонии, Португалии, Неаполе, Британии и Нидерландах, – плюс Фронда во Франции, – и все в начале 1640-х. Конечно, Европа у нас едина, – но не до такой же степени. Конечно, у всех у них были свои причины – в Англии ничтожный король, в Португалии – усилившиеся налоги и т. д. Но как-то есть подозрение, что если бы в тот момент у народа не схватило живот от голода, то проканали бы и налоги, и король.
Более того. 1644 – это ключевой год китайской истории. Это год свержения династии Мин в результате народных восстаний, которые, впрочем, кончились не победой восставших, а завоеванием Китая маньчжурами, которых династия позвала на помощь против мятежников. Причины мятежа Рейн Крюгер описывает так: «На северо-западе суровая зима, последовавшая за сильной засухой, стала причиной неурожая и голода, в охваченных голодом областях даже отмечались случаи каннибализма».
Меня давно занимало это совпадение, и я всегда задавала себе вопрос: а что бы осталось от Англии, если бы в 1640-м вместо буржуазной революции по ней прокатились бы полчища дикарей? Это не очень правильный вопрос. На самом деле правильный вопрос такой: почему Англия отреагировала на похолодание буржуазной революцией, а Китай – кровавой резней, кончившейся приходом варваров?
К чему это я? Первое. Режим Путина крайне устойчив. Любое безрассудство власти и любые протесты общества не способны вызвать возмущений, которые не то что опрокинут – хоть слегка скажутся на кривой, слепо следующей за нефть. Это так же бессмысленно, как, пардон, пердеть, чтобы согреть атмосферу. Система слишком устойчива.
Второе. Рано или поздно эта система придет в неустойчивое состояние, как Англия, Португалия или Китай в 1640 году, и это произойдет не в силу сознательных усилий власти или оппозиции, а в силу природы режима.
Режим живет за счет торговли дорогой энергией. Но именно потому, что энергия дорога, рано или поздно, в силу законов рынка, будет придумано что-то, что сделает ее дешевле. Мы не знаем, что это будет: термоядерная энергия, сланцевый газ или что-то еще. Но это произойдет.
А так как власть Путина живет не по законам рынка, а исходя из мессианской веры в том, что доходы от газа будут только возрастать, даже если новых месторождений не осваивать, а на новые газопроводы тратить по $16 млрд, – то рано или поздно эти два тренда пересекутся, и получится свой нефтегазовый минимум Маундера. Может быть, через пять лет, может, через десять, может быть, будет, как в Испании, где режим Франко кончился со смертью Франко.
Но вот рано или поздно система придет в неустойчивое состояние – в силу того, что развитой мир живет по рыночным законам, а Кремль – по хулиганским. И вот тогда, в этот момент неустойчивости, будет очень важно, по какой канве будут развиваться события: как в Англии в 1640-м или как в Китае в 1644-м.
Нет смысла раскачивать камень, который сидит в яме. Но вот когда камень окажется на вершине горы, очень важно вовремя толкнуть его в правильном направлении.
http://lenta.ru/columns/2010/02/02/obscurants/
Про то как Борис Грызлов разозлился на академиков и их "мракобесие"
Для начала старый анекдот:
- Товарищ прапорщик, а крокодилы летают?
- Нет, не летают.
- А товарищ капитан говорил, что летают.
- Ну летают, только низенько - низенько.
- А товарищ майор говорил, что высоко.
- Ну высоко, если ветер попутный.
На днях Борис Грызлов раскритиковал Академию наук. Она, как сказал Грызлов, создала "комиссию по лженауке" и с ее помощью губит многие инициативы, "заворачивает" прекрасные изобретения. "Интересно, как они, эти представители комиссии, взяли на себя право судить тех, кто предлагает новые идеи? - возмутился чиновник. - Я не думаю, что нам нужно возвращаться в средние века и создавать инквизицию. Это просто мракобесие". Возмущение политика не прошло незамеченным - Грызлов и его недовольство расползлись по блогам и СМИ, и даже, как утверждает Infox.ru, какое-то время повисели на сайте "Единой России".
Почему вдруг слова Грызлова убрали с сайта единоросов? Похоже, отвественные за сайт решили, что партия тут ни при чем - спикер обиделся на академиков-"мракобесов" не как чиновник, а как частное лицо - изобретатель. Ведь еще в 2007 году Грызлов вместе с неким Виктором Петриком подал заявку в Роспатент, дабы зарегистрировать новый способ очистки жидких радиоактивных отходов. Безумно эффективный - на входе сплошные радионуклиды, на выходе - чистейшая питьевая вода.
Имя Грызлова, как недавно рассказывал вышеупомянутый Петрик, вписано в патент совсем не потому, что тот нынче при власти и может поспособствовать внедрению чудо-технологии в оборот. И уж тем более изобретательство Грызлова никак не связано с тем, что он в другой своей ипостаси - лидера единоросов - всячески продвигает партийную программу "Чистая вода", пытаясь сотворить из нее ФЦП с бюджетом 15 триллионов рублей.
Высокотехнологичными, практически волшебными фильтрами, говорит Петрик, Грызлов увлекся еще не будучи публичным политиком. "Знаете, сколько ночей он провел со мной в этих лабораториях?" - спрашивает Петрик.
Не знаем.
Зато знаем вот что: "мракобесы" - то бишь академики РАН - уже давно присматриваются к Петрику и прочим гениальным изобретателям и регулярно пытаются о своих наблюдениях рассказать общественности.
Вот, например, интересный доклад председателя комиссии по борьбе с лженаукой Эдуарда Круглякова за 2004 год. А вот его статья 2009 года, посвященная лично Петрику Виктору Ивановичу.
Столько внимания академики изобретателю уделяют, конечно же, из зависти. В то время как они постоянно жалуются на нехватку денег, Петрик то и дело рассказывает, как ему помогали те или иные чиновники: "Мы провели испытания нашей установки в Челябинске на жидких радиоактивных отходах и на выходе получили питьевую воду высшей категории. Эта работа была проведена под прямым руководством Бориса Вячеславовича Грызлова и, естественно, партии. Кириенко поддерживал, и Шойгу дал нам транспортный самолет, и результаты мы получили фантастические".
Завистливые "мракобесы", которым самолетов никто не дает, пытаются воевать с "успешными прогрессивными учеными" с начала 90-х годов. Причем (на радость Борису Грызлову) воюют они так себе. Еще до начала работы комиссии по борьбе с лженаукой, перед самым развалом СССР, несмотря на недовольство академиков, власти выделили одному из исследователей 500 миллионов рублей, чтобы тот создал оружие нового поколения на основе спинорных (торсионных) полей. Потом, когда оружейный проект провалился, торсионные поля пытались внедрить на "Норильском никеле", а потом "чистили" с их помощью Геленджикскую бухту... На бюджетные, естественно, деньги. Еще 150 миллионов рублей в свое время выделил Ельцин на получение электроэнергии из гранита...
Причем бюджетные (читай: наши с вами) деньги утекают в "новые технологии", как правило, после того, как за обиженных "мракобесами" изобретателей приходит заступаться какой-нибудь чиновник, требует создать дополнительные комиссии и еще раз разобраться - существует вечный двигатель или нет. Нет? "А товарищ генерал говорят, что существует"...
Впрочем, кто знает - может, и правда на вершине российской вертикали власти перестают действовать законы термодинамики. Ведь никто из академиков там не был, а следовательно, с уверенностью говорить об этом не может.
Что касается изобретений Грызлова и Петрика, то академики проводили их экспертизу и получили, как и следовало ожидать, неудовлетворительные результаты. Но как они изучали? Своими земными средствами, с помощью банальной логики, закостенелой академической науки - типичных мракобесных приемов. А надо было не так. Как? Об этом однажды сказал сам Петрик: "Не пытайтесь ничего понять! Понять — не реально! И как только вы будете привлекать знания, будет осечка <...> не будет ничего получаться!"...
А еще "мракобесы" недавно познакомились с технологией, с помощью которой Юрий Лужков собирался не пускать снежные тучи в Москву. Автор изобретения - электроприбора мощностью несколько десятков ватт - рассказал академикам, что "пока проект держится в тайне, сейчас идет апробация". И академики согласились: "Очень правильно, что проект держится в тайне. Чтобы никто не умер со смеху".
http://lenta.ru/articles/2010/02/01/finish/
Почти похоронив российскую науку, аналитики оказались оптимистами
Известное агентство Thomson Reuters опубликовало отчет, в котором по нескольким параметрам было оценено состояние российской науки. Диагноз, поставленный авторами отчета, неутешителен: "Развитие научной деятельности в России испытывает большие сложности, и шансы на исправление ситуации малы".
Действительно, даже после беглого прочтения документа остается очень невеселое впечатление. Но это если не вдумываться в приведенные цифры. Если рассматривать отчет Thomson Reuters с учетом современных реалий, то ситуация выглядит несколько иначе.
Видсверху
В качестве основного критерия авторы отчета выбрали количество статей, опубликованных российскими исследователями в различных журналах. Аналитики рассматривали 10,5 тысяч журналов, печатающихся по всему миру. Но можно предположить, что основной упор все же делался на журналы, издающиеся на английском языке. Большинство российских научных журналов выходит только на великом и могучем. Соответственно, ни в одной более или менее солидной базе данных научной периодики они не индексируются.
На первый взгляд кажется, что это хорошо. Если Thomson Reuters рассматривал только англоязычные (читай: более престижные) журналы, и нашел там немало российских статей, значит, не все потеряно. Однако при более пристальном размышлении оказывается, что из обилия русских фамилий в англоязычных журналах следует несколько иной вывод.
Идем дальше. Количество публикаций российских ученых, начиная с 1994 года, варьирует между небольшим и очень небольшим (до этого с 1980 года наблюдался некоторый рост). Что характерно, самый глубокий провал случился в 2006 году - одном из самых сытых и благополучных в череде "жирных лет". Неужели все ученые в этот год отдыхали на Мальдивах и Багамах? Хорошо бы.
Самой богатой на статьи областью науки оказалась физика, в том числе, физика элементарных частиц. Несмотря на то, что эта наука изучает самые крошечные составляющие окружающего мира, размер приборов, на которых проводятся эксперименты, редко бывает меньше нескольких сотен метров. Знаменитый Большой адронный коллайдер нужен физикам как раз для поиска новых очень маленьких частиц.
Стоимость коллайдера давно превысила бюджет многих африканских стран. Другие ускорители не столь дороги, но, тем не менее, их строительство и поддержание обходятся государствам в суммы со многими нулями. Фактически, такие игрушки могут позволить себе только очень богатые страны, которым не приходится выбирать между ядерной физикой и пенсионерами. Запомним этот факт, он нам еще пригодится.
Помимо выявления наиболее благополучных научных направлений Thomson Reuters определил, с коллегами из каких государств чаще всего сотрудничают российские исследователи. Опять же, основой для составления списка служил анализ публикаций: в научных статьях принято указывать, где работает каждый из авторов. Оказалось, что чаще всего россияне взаимодействуют с американцами. До недавнего времени самые тесные связи у российской науки были с гражданами Германии. То есть, по умолчанию предполагается, что ученый, который числится, например, в МГУ, работает там же, а совсем не в Калифорнийском технологическом институте, где трудятся остальные соавторы статьи.
Взглядизнутри
Теперь попытаемся собрать вместе все эти наблюдения. Итак, судя по количеству публикаций, позиции российской науки с начала 80-х годов прошлого века медленно, но верно укреплялись. После развала Советского Союза вектор поменял направление, и число проводимых исследований стало падать. Как вдруг в 1995 году наметился небыстрый, но отчетливый рост, который продолжался вплоть до 2006 года.
Вспомним, что в описываемый период происходило в России. После 1991 года огромное число научных сотрудников, которым в один момент стало нечего есть, перебрались на ПМЖ за пределы Родины. По мере того, как на одной восьмой суши в муках рождалась рыночная экономика, число эмигрантов с кандидатскими и докторскими степенями росло. К середине десятилетия бывшие сотрудники российских НИИ освоились на новой Родине и начали эффективно работать на ее благо. Разумеется, статьи этих ученых появлялись в англоязычных журналах. Вот почему падение числа публикаций российских авторов в 90-е годы не стало катастрофическим - спасали уехавшие коллеги.
Состояние российской науки беспокоит как ученых, оставшихся в стране, так и тех, кто уехал. Мнение первых в интервью Ленте.Ру изложил биолог Михаил Гельфанд. Доводы вторых привел химик Артем Оганов.
Странная дыра 2006 года объясняется тем, что к этому моменту подросло поколение перестройки. Дети, выросшие в семьях нищих инженеров и ученых, твердо усвоили, что наука - непригодный способ существования. К 2006 году в институтах и университетах просто не было молодых и талантливых сотрудников. И хотя число публикаций исследователей, перебравшихся за рубеж, оставалось постоянным, вклад ученых, оставшихся на Родине, упал до неощущаемо малых значений.
Ну а что же физики? Они ведь, судя по отчету, продолжали выдавать на гора новые работы, не обращая внимания на отсутствие тепла и электричества родных НИИ? Здесь настало время вспомнить приведенный выше тезис о том, что ускорители и прочие сложные физические агрегаты расположены на территории государств, где Пушкина читали только в переводе. Большинство физических работ требуют проведения экспериментов, а значит, их авторы должны находиться где-то в относительной близости от своих приборов. Конечно, ученые могут анализировать результаты, полученные коллегами из других стран, даже не имея денег на билет на самолет. Но в этом случае итоговая работа вряд ли вносит ощутимый вклад в развитие отечественной науки.
Пришло время
вспомнить о тесном сотрудничестве российских и зарубежных ученых. Очень часто наши исследователи, давно и плодотворно работающие за рубежом, упорно указывают в качестве места своей работы родной НИИ имени какого-нибудь великого российского исследователя прошлого или позапрошлого века. В основном это делается для того, чтобы сохранить ставку: если в лаборатории будет слишком мало сотрудников, то ее попросту закроют, и все, кто там остался, окажутся на улице.
Как видно, учет российской специфики существенно меняет итоговую картину. Состояние больного крайне тяжелое. Остается надеяться, что хотя бы стабильное.
Бывает и так, что огромные средства, выделенные на исследование, тратятся лишь на то, чтобы подтвердить неэффективность опытной терапии или антинаучность изучаемого подхода. В уходящем году Национальный центр нетрадиционной медицины (National Center for Complementary and Alternative Medicine, NCCAM), созданный Конгрессом США, огласил результаты десятилетних исследований альтернативных методов лечения. Изучение эффективности акупрессуры, энергетических полей, мозговых волн, магнитов, БАДов и многих других методик, потребовавшее суммарных ассигнований в размере 2,5 миллиарда долларов, выявило полную несостоятельность большинства подобных способов воздействия на организм.
Это в очередной раз подтвердило, что вместо траты немалых денег на "чудесное исцеление" лучше доверять результатам научных исследований и полагаться на официальную медицину.
Аналитики "Thomson Reuters" по итогам пятилетнего мониторинга составили и опубликовали доклад, в котором составили своего рода рейтинг "научности" ведущих стран мира. Так, научные изыскания россиян составляют около 2,6% всех исследований, опубликованных в специализированных журналах в течение последних пяти лет. Это больше, чем у Бразилии (2,1% от общего мирового объема), но меньше, чем у Индии (2,9%), и гораздо меньше, чем у Китая (8,4%). Главный упор российские ученые делают на физику и химию, уделяя мало внимание сельскому хозяйству и компьютерным технологиям.
Авторы доклада указали на резкое уменьшение количества научных изысканий практически во всех областях, что говорит об утрате былого влияния не только в чистой науке, но и в наукоемких секторах экономики, например, в атомной энергетике. "В России проблема с исследовательской базой. Страна занимала ведущие позиции в области науки и столь долго была интеллектуальным лидером как Европе, так и во всем мире, что убыль ее исконной силы и снижение доли в мировой научной выработке вызывает не просто удивление, а настоящий шок", - признают аналитики. Средний возраст члена РАМН превышает 50 лет. Научная деятельность в России более не считается престижной: согласно результатам опросов общественного мнения в 2006 году всего 1% россиян с уважением отзывался о карьере ученого.
В октябре более 170 покинувших родину российских ученых поставили подписи под письмом к Дмитрию Медведеву и Владимиру Путину, в котором говорилось о катастрофической ситуации с фундаментальной наукой. "В то время как другие страны повысили объем научных исследований, Россия с трудом поддерживала прежний уровень, а в таких областях, как физика и космос, в которых она издавна лидировала, даже потеряла позиции", - подтверждает директор Thomson Reuters по науке Джонатан Адамс. Он считает, что не последнюю роль в такой деградации сыграло сокращение финансирования и старение рабочей силы. "В одном исследовании 2007 года говорится, что бюджеты отдельных российских НИИ из числа самых лучших составляют 3-5% от бюджета аналогичных учреждений в США", - напомнил он в интервью Reuters.
26.01.10
To enlarge young scientists_ participation in Nor-Amberd conferences, establish a special Alikhanyan prize for young scientists (not older than 25 years) for the best presentation at the international conference.
The Alikhanyan prize, established for the young scientist who has delivered the best presentation at the FORGES-2008 conference held in Nor Amberd, was awarded to Bagrat Mailyan on May 5 for his paper entitled:
“Daily variation in intensity of different species of secondary cosmic rays as measured by the particle detectors of Aragats Space Environmental Center at minimum of solar activity”.
The paper was recognized as the best one via e-mail voting of the conference international board.
However, the papers of the other two candidates were also highly valuated:
Armen Hovhanissyan, “Filtering Algorithms for smoothing Time Series measured by particle detectors at ASEC”.
Tigran Karapetyan, “Barometric coefficients of the particle detectors of the Aragats Space Environmental Center (ASEC) as measured at the beginning of the 24th Solar activity cycle”.
All the papers will be published in July 2008 in the Proceedings of the FORGES-2008 conference.
Figure 1. Ashot Chilingarian, Anna Alaverdyan, Armen Hovhannisyan and Bagrat Mailyan